საინტერესო ისტორია იყო :)
გმადლობ, რინა!

<<14 сентября по народному календарю начинается бабье лето. Поэт Игорь Кохановский рассказал «ВМ» об истории песни «Бабье лето», которой в этом году исполнилось 50 лет.
Песня «Бабье лето» на стихи поэта Игоря Кохановского популярна с 1960-х. Любопытно, что на одно стихотворение написали музыку сразу три разных автора.
– Игорь Васильевич, как стихотворение «Бабье лето» стало песней?
– Я хотел с Андреем Вознесенским познакомиться – он был моим кумиром. А у меня в 1962 году был романчик с дочкой литературоведа Льва Копелева. Лена говорит как-то: «Миша Демин (у художника, двоюродного брата писателя Юрия Трифонова, на Сретенке была мастерская) пригласил в гости, приходи – будет Вознесенский. Встретились, стали читать стихи, я прочитал «Бабье лето». Вознесенский говорит: «Слушай, очень классные стихи, может, это песня? На песню смахивает». Я рассказал: «У меня дружок Высоцкий, он – актер, пишет песни и поет в компании, и по белой зависти решил написать стихи». Новый, 1967 год, мы с Высоцким праздновали у Вознесенского. Володька говорит: «Будем Новый год встречать у Андрея. Он пригласил. Я сказал, у меня есть друг Игорь Кохановский, с которым мы всегда вместе». – «Так я его знаю, – сказал Вознесенский. – Он же «Бабье лето» написал».
16:40 14 сентября 2014
"Бабье лето" в исполнении Владимира Высоцкого
– Как появились три мелодии на стихи «Бабье лето»?
– Судьба песни любопытная. Первый вариант музыки мой. В сентябре 1964 года (надо отметить, год был плодотворным) звонит какая-то дама: «Игорь, вы автор слов «Клены выкрасили город…?», наконец-то вас нашла. Я – Тамара Маркова, композитор, а также аккомпаниатор-репетитор Клавдии Шульженко. Ехала на дачу – в электричке молодежь пела эту песню, попросила переписать слова. Долго не могла найти автора. Сказали: это Евтушенко. Позвонила, он ответил: «Не знаю, кто». Кто-то вспомнил, что Окуджавы. Булат Шалвович: «Не моя». Случайно от Бориса Брунова услышала: «А, этот парень?» Отвечаю: «Мне, конечно, приятно, Шульженко – моя любимая певица, но как будет женщина петь: «Я кружу напропалую с самой ветреной из женщин»? Маркова на это: «Клавдия Ивановна исполняет так, что даже в голову не придет, что стихи мужские. Приезжайте, я вас познакомлю». Приехал на Аэропорт, там писательские дома, рядом – «музыкальные», Шульженко жила на третьем этаже, а Маркова – на четвертом, она меня познакомила и, как сейчас помню, Клавдия Ивановна говорит: «Игорь, вы, наверное, знаете, что я много пела любовной лирики, но не помню, чтобы меня так задевали стихи, как ваши». Это был второй вариант.
– А какой пел Высоцкий?
– Это моя музыка, и когда Володе стали приходить авторские запросы, он написал в письме, что выступал в Тбилиси, спел песню «Мой друг уехал в Магадан», которую посвятил мне, а потом «Бабье лето», сказав, что помог написать мелодию. «Васечек, извини, ну на сцене ради красного словца чего не скажешь!» Потом звонит: «Мне пришло из ВААПа (Сейчас Российское авторское общество. – прим. ред.) письмо, чтобы я зарегистрировал «Бабье лето». Давай поедем, я напишу, что она не моя». Мы встретились – и он написал. Кстати, мы потом в ВААПе последний раз в жизни встретились: в апреле 1980-го. Он раньше помещался, где Третьяковка – в Лаврушке все встречались в подвальном помещении. Нужно было пройти подземным коридором. Еще ледок был, подъезжаю, Володькин «Мерседес» стоит. Я заглянул туда – девочка-блондиночка сидит: это была Оксана. Хорошенькая. Подумал: «Ай да молодец». Иду, мы сталкиваемся в подземном переходе. Обнялись, поцеловались. Спрашиваю: «Как дела?» – «По-всякому».
Третий вариант появился благодаря тому, что я тогда много сотрудничал с Юрием Антоновым. И сказал: «У меня есть стихи, но моя музыка – примитивная. Еще есть песня, которую поет Шульженко. Но что это – вальсочек… При всем моем пиетете это мужская песня». Антонову понравились стихи, он написал музыку. Юра был тогда полузапрещен и отдал песню «Поющим сердцам», а потом исполнил сам очень симпатично.
У меня вышла в 1976 году пластинка «Бабье лето», но с ней отдельная история. Туда входила одна из моих любимых песен «Лицо в ладонях». Написал ее Толя Днепров. Он эмигрировал. И мне говорят: «Нужно заменить одну песню, иначе диск снимут». – «Какую?» – «Лицо в ладонях». Я не стал менять, и диск не вышел. Зато второй «Кружатся диски» побил все рекорды, потому что это была первая пластинка в стиле диско, здорово сделана, там одна песня переходила в другую, а на второй стороне одна «врезалась» в другую – на Западе это было, а у нас это первый диск «без проворотов». Вышел как раз накануне Олимпиады. Была дискотека в Олимпийской деревне, там и продавался. Потом узнал, что пластинка так расходилась, что ее не успевали печатать: у нее был тираж 15 миллионов.
С другой известной песней тоже связана история. Я с приятелем Наумом Олевым отнес стихи Оскару Фельцману. Он за час написал музыку, потом говорит: «Все хорошо, только первые четыре строчки никуда не годятся». «Что изменить?» – «А я знаю? Вы – поэт, вы и должны придумать». Придумал, звоню: «Нет, никуда не годится». Через пару дней опять то же самое. Мне стало неловко, звонить стал раз в неделю. Прошел месяц, предложил еще вариант: «Сегодня я нисколько не боюсь с XX веком временно расстаться, позвольте я в любви вам объяснюсь высоким словом русского романса». И Оскар Борисович говорит: «Игорь, и это вы писали полтора месяца?» Песня стала популярной.
– Сколько песен вам посвятил Высоцкий?
– Пять песен. Перед отъездом в Магадан я устроил мальчишник, Володя принес мне как подарок листок, где каждый куплет написан разного цвета фломастером. Взял гитару и спел «Мой друг уехал в Магадан». Известны еще «Я видел Ногайскую бухту», «Получил я недавно письмо», четвертая (когда приехал в первый раз в командировку с Севера): «Что сегодня мне суды и заседанья/ мчусь галопом/ закусивши удила/ У меня приехал друг из Магадана/ так какие же тут…». А когда у него начался роман с Мариной, он написал: «Возвратился мой друг неожиданно/ Бабу на меня променял /Где же это видано?
Еще Володя написал мне такие строки в конце 1950-х:
Тебе б филфак был лучшим местом:
Живешь ты с рифмой очень дружно.
Пиши ты ямбом, анапестом,
А амфибрахием – не нужно!
Я стихи посвятил ему еще в Магадане. После того как он мне в письме написал, что его все приглашают, и он уже возненавидел звонки, потому что все зовут, чтобы пришел попел. Это был 1965-й. «К таким со своими песнями прошу тебя не ходить». Потом писал еще. Он умер в июле, а в августе мне звонит Стас Намин: «У меня приятель Володя Матецкий, бас-гитарист, музыку пишет, хочет с тобой сотрудничать». Матецкий звонит: «У меня есть мелодия, хочу показать». Мне она понравилась, я пришел домой и сразу не отрывая руки написал: «Больше не встречу такого друга». В моей новой книжке «Несовпаденье» два стиха, написанные с большим интервалом. «Бывает, вспомню Магадан» – про то, как он ко мне приехал и это:
И 25 июля я каждый раз твержу сквозь мат:
Ну как же так, не завернули, его с дороги, мчавшей в ад…
Кстати, в тот приезд ко мне Высоцкий не выступал. Его просили, но он сказал: «Не хочу, я приехал к другу на два дня».
У меня в 1986 году выходила книжка в «Советском писателе» и там стихи уже были о нем, но мне сказали заменить строчку «Здесь посетил меня мой друг, чье творчество – сама эпоха». Что это такое? Какая эпоха?
– Что за история с Магаданом?
– Странная. Для меня до сих пор принести стихи в какое-нибудь издательство – мука мученическая. Двоюродный брат сказал: «Мы учились с Женькой Сидоровым (ныне – первый секретарь Союза писателей Москвы. – прим. ред.) на юридическом МГУ в одной группе, он сейчас зав. отделом литературы в «МК». Давай отнесу стихи». Их напечатали. Пришел знакомиться. Сидоров спросил: «Где вы работаете?» Я работал на строительстве Химок-Ховрино. (Когда приехал туда, там два дома было всего). Оказались случайно в редакции представители отдела рабочей молодежи, спросили: «Не можешь написать про строительство»? (лето, 1964 год, Хрущев объявил «100 дней большой химии»). Строился аммиачный комбинат. «Поезжай, мы не можем ничего оттуда получить» Было интересно, поехал. С утра пришел на планерку (комбинат строило организаций 40), и руководители друг с другом лаялись, а я записывал, кто что сказал, потом уточнял имя прораба, начальника управления. Материал понравился, опубликовали на первой полосе.
Помню, статья «Плотина «живой» воды» вышла с карикатурой, где играют в пинг-понг: комбинат будущий строительные организации перебрасывают. Начал сотрудничать. В это время брат попросил распределения в Магадан и работал в прокуратуре. Он пишущий человек, сотрудничал с «Магаданским комсомольцем» и прислал сценарий в институт кинематографии, ему дали рекомендацию на Высшие сценарные курсы. Приехал в Москву и говорит: «Давай стихи отнесу в «Смену». Там работает бывший мой начальник». Владимир Новиков был главным редактором «Магаданского комсомольца». Отнес, опубликовали. Приехал знакомиться, захожу в кабинет и слышу: «Окончили прекрасный вуз, шесть лет учились на хирурга, чтобы писать стихи. Вот Кохановский строит Химки-Ховрино, пишет стихи, мы печатаем». – «Уже не строю». – «А что делаешь?» – «Работаю внештатно». – «Сколько зарабатываешь?» – «Рублей 80». – «Если менять профессию, надо начинать не с московского, а с «Магаданского комсомольца». Хочешь, наверное, книжку издать. Сколько лет будешь здесь ее издавать?» Езжай в Магадан, я порекомендую, там в издательстве сразу выпустишь книжку. Вернешься, вступишь в Союз писателей».
13 июля 1965 года был зачислен в штат. Но часто сюда приезжал – устраивали все время командировки: сидел в ЦК Комсомола, делал обзоры молодежных региональных газет. Вернулся в Москву осенью 1969-го.
С магаданской книжкой как раз попал в 1970 году на Совещание молодых литераторов, а с рукописью, которую отдал в «Молодую гвардию», в семинар к Михаилу Луконину, Станиславу Куняеву. Семинар меня рекомендовал в Союз. Моя голубая мечта была поступить на Высшие литературные курсы. Отдаю заявление, мне сказали: москвичей практически не берут. Стипендия была большая – 140 рублей при средней зарплате в 120. Я расстроился. Иду к проректору: «Можно вольнослушателем?» – «Пожалуйста». Потом освободилось место, взяли. У меня не было ни одного пропуска.
– Почему новая книга называется «Несовпаденье»?
– Это «несовпаденье» моих моральных ценностей с тем, что сегодня время из себя представляет. Сейчас поэзию не очень покупают… Книжка, которую я написал в 1986 году, была так изуродована, исковеркана цензором, что я даже на него написал стихотворение. Вышла к 50-летию, но она мне так разонравилась, что не хотел больше писать. И все равно стихи писал, написал четыре поэмы, и как-то меня познакомил приятель с Димой Быковым. Он прочел: «Старик, так это нужно издавать». Здорово сделали первое издание – а это в два раза больше.
– Почему фотографии не включили?
– Не хочу пиариться за счет других.
– У вас продвигается проект мюзикла об истории любви Высоцкого и Марины Влади?
– С прошлой осени хочу осуществить. Мне очень просто договориться с композиторами, но я хочу найти театр или антрепризу, чтобы пригласить их уже на проект, который имеет адрес.
«Бабье лето»
Клены выкpасили гоpод
Колдовским каким-то цветом,
Это снова, это снова
Бабье лето,
бабье лето.
Что так быстро тают листья –
Ничего мне не понятно…
Я ловлю, как эти листья,
Наши числа –
Наши даты.
Только вот pугает мама,
Что ночами шляюсь где-то
Что я слишком часто пьяный
Бабьим летом,
бабьим летом.
Только как расскажешь маме,
Что я, как ходок отпетый,
Вновь в романе, как в дурмане,
Бабьим летом,
Бабьим летом.
А я кручу напpопалую
С самой ветpеной из женщин,
Я давно хотел такую –
И не больше,
и не меньше.
А я забыл, когда был дома,
Спутал ночи и pассветы…
Это омут,
это омут –
бабье лето,
бабье лето.
Кстати
Бабье лето по народному календарю заканчивается 27 сентября в день Воздвиженья. >>

მადლობა, რენუარ :)
აუცილებლად ჩავასწორებ! :)

В средней полосе России  есть период в начале осени, особо любимый народом, когда после кратковременного похолодания, устанавливаются погожие деньки и эта благодать называется «бабьим летом». Сверху припекает солнышко, тихий воздух прозрачен, сух и кажется, что лето вернулось.

უსათუოდ ჩაასწორე :*

ნუ, რა გაეწყობა? :)
არ გამომსვლია ამ ჯერზე. ახლიდან მოვუბრუნდები და ეგ იქნება :)

დიდი მადლობა, ჰარირამა!

ეს რომ ტქვენი ლექსი იყოს არ იქნებოდა ურიგო ალბატ, მაგრამ ტარგმნილტან მგონია რომ დიდი აცდენაა,ზუსტადაც  ამ  ბაბე ლეტოს გამო.პირველი სტროფი ფაქტიურად შემოდგომის დადგომას გავუწყებს , ნეკერჩხლებს ფოტლები გაუწიტლადატ და ქალაქი დააწითლ დაამსვენაო,და პრინციპსი (მე ასე მოგონია) ლექსი უფრო ადრეულ სემოდგომაზეა, სევდის გადაყრა რომ მოგინდება კაცს და სმას რომ იწყებ, ტანაც მგონია რომ კაცის შემოდგოაზეცაა ეს ლექსი, ტავსივე ნახსენები ტარირები , მგონია რომ ამ დატვირტვას ატარებს. მოკლედ არ ვიცი მარტალი ვარ ტუ არა მაგარმ მე მგონი დაფიქრება ღირს:) 
თქვენ კი წარამტებები. და ბევრი კარგი ლექსისი ტარგმნა.

ცოდვა გამხელილი სჯობსო და :)))
ასე გადავთარგმნე, გუმანით და ინტუიციით, ასეთი აზრობრივი დატვირთვა "დავლანდე:" საზაფხულო უდარდელობა, ჭრიჭინას მსგავსი ყოფა, ამ უდარდელობაში ჩაძირვა. - ეს ინტუიციურად მოვიდა და აღარ ჩავუღრმავდი ამ გამოთქმას.
მაგრამ, ვფიქრობ, რომ არც ისე შორს წავსულვარ (?).
თუ ძაან აცდენაა, მაშინ კი შევცვლი რამენაირად :)
მადლობის მეტი რა მეთქმის? - გაიხარეთ!

მიუხედავად იმისა რომ თოლია ჯონათანი სწორია, მაინც მაგრად მომეწონა. 5.

Бабье лето- ეს არის შემოდგომის პირველი დღეები, რომელიც ცხელი, მზიანი ამინდებით  ჰგავს ზაფხულს,  ამიტომ 
"რაც ნიშნავს რომ არის ახლოს
ზაფხული - მის სიმსუბუქით"- იდეურად სწორად არ არის ნათარგმნი.

თუმცა, ისიც ვიფიქრე, რომ არ შეიძლება ბექამ არ იცოდეს , რა არის Бабье лето :)

ხოო?.. უი :)
მომიტევოს, კოხანოვსკიმ. შევასწორებ :)
მადლობა შენიშვნისთვის!

ეს არ არის ვისოცკის ლექსი. ამის ავტორი, არის ვისოცკის მეგობარი იგორ კოხანოვსკი